ИСТОРИЯ


Утраченная родина

Почему Санкт-Петербургского генерал-губернатора на Орловщине похоронили Могилу Петра Эссена в Шаблыкинском районе уже не отыскать...



Утраченная родина Генерал от инфантерии

У Санкт-Петербургс-кого военного губернатора Петра Эссена к 55 годам было почти всё, о чём только можно было мечтать: чины, слава, богатство.

Храброго и удачливого генерала Эссена хорошо знали и уважали великие русские полководцы Суворов и Кутузов, под водительством которых он отличился в Швейцарском походе и в Отечественной войне 1812 года.
Его ценили три российских императора: Павел I, Александр I, Николай I. При последнем Петр Кириллович был назначен Петербургским военным генерал-губер­на­тором.

В период его генерал-губернаторского правления в Санкт-Петербурге он энергично боролся с прекращением эпидемии холеры, за что, кстати, был удостоен графского титула. Благодаря Эссену в столице появились первые общедоступные благотворительные учреждения: больница для чернорабочих и дом призрения для убогих граждан с училищем для малолетних мещанских детей обоего пола.
За успехи на посту военного генерал-губерна­тора Санкт-Петербурга Пётр Кириллович был награждён высшим орденом Российской империи — Андрея Первозванного.

Семья генерала

Если же добавить, что он счастливо и по любви женился, да к тому же на богатой помещице, то, кажется, и пожелать себе жизни иной Пётр Эссен не хотел бы. Однако для судьбы-злодейки не бывает счастья вечного. Единственный сын губернатора, Александр Эссен, полковник лейб-гвардии Измайловского полка, участвуя в Русско-турец­кой войне, был убит во время осады русскими войсками города Варна в сентябре 1828 года, не успев к этому времени жениться и не оставив наследников. А меньше чем через полгода, не выдержав такого удара, скончалась и любимая жена генерала Екатерина Николаевна.
Она происходила из знатного рода орловских помещиков Львовых, владевших большим имением в Карачевском уезде. По завещанию жены Пётр Эссен похоронил Екатерину Николаевну в родовом поместье — селе Глыбочки (ныне — Шаблыкинского района Орловской области).

После двух таких жестоких ударов впал губернатор на некоторое время в депрессию, но потом взял себя в руки, сосредоточившись на работе и общении с единственным оставшимся у него родным человеком — дочерью Александрой.

Губернаторский зять

Когда дочь стала взрослеть и появились у неё женихи, она с симпатией отнеслась к ухаживаниям Якова Стенбока-Фермора, выходца из английской военной семьи, недолгое время прослужившего в армии, а потом занявшегося предпринимательством. Губернатор одобрил выбор дочери, и когда в 1835 году Яков попросил руки Александры, Пётр Кириллович добился от императора разрешения на то, чтобы зять к собственной фамилии добавил и фамилию тестя. Так что новоиспечённый муж и недавний штабс-ротмистр лейб-гвардии конного полка именовался с тех пор графом Эссен-Стенбок-Фермором.

К собственному приличному состоянию Яков Иванович добавил большое приданое жены, но, будучи натурой деятельной, не стал тратить время только на светские мероприятия, а занялся (и на первых порах очень успешно) предпринимательством. Впрочем, вполне возможно, что удачам первого этапа своей деятельности граф Эссен-Стенбок-Фермор был обязан тестю-губернатору, при помощи которого зять купил несколько удобных земельных участков в центре Санкт-Петербурга и развернул на них большое строительство.
К числу самых известных построек Эссен-Стенбок-Фермора принадлежат торговая галерея «Петербургский Пассаж» (открылась 9 мая 1848 г.), здание вокзала и одна из крупнейших в городе гостиниц. Яков Иванович построил также в Северной столице один из первых водопроводов, предназначенных для коллективного пользования, и первые общественные бани в нескольких районах Санкт-Петербурга.

Большие стройки требовали больших денег, которых не хватило даже такому богачу, как граф Эссен-Стенбок-Фермор. Он заложил в банках некоторые из имений, чтобы рассчитаться с долгами. А в 1844 году скончался его тесть, Пётр Эссен, по мере возможностей помогавший предпринимателю. Генерал от инфантерии и бывший петербургский генерал-губернатор завещал похоронить себя рядом с женой, в её орловском имении Глыбочки. Выполнить эту последнюю волю покойного было нелегко, но зять всё сделал, как полагается.
В начале 1850-х годов дела Эссен-Стенбок-Фермора совсем пришли в расстройство, и почти все его здания и водопроводные сооружения были выкуплены другими владельцами. Яков Иванович скончался в 1856 году, оставив жене, Александре Петровне, большие долги, за которые она вынуждена была рассчитываться сама. Чем только могла...

Проданная с молотка

Вот какое объявление обнаружил я в «Орловских губернских ведомостях» от 12 января 1857 года: «О продаже с публичного торга недвижимого имения статской советницы Александры Петровой Эссен-Стенбок-Фермор за неплатёж ею генерал-лейтенанту Николаю Бутурлину по закладной 120 000 рублей серебром, с процентами».

А далее в объявлении было названо то самое родовое имение Львовых, в котором были похоронены Екатерина Николаевна и Пётр Кириллович Эссен. В состав владения входили сёла Глыбочки, Клинское, деревни Новопоселенный хутор, Старые Рядовичи, Новые Рядовичи, Слобода (Рязанка тож), Михайловка (Трубченинова тож), Липовка и Цурикова (большинство из перечисленных сёл и деревень в настоящее время входит в состав Шаблыкинского района — А.П.) В селе Глыбочки находился господский дом. А земли за ней здесь числилось 5076 десятин. Огромное — даже по тем меркам — владение. Однако оценочная стоимость его составила 100 590 рублей серебром, и этого не хватало для расчёта с кредитором.

Для того чтобы полностью выплатить долги генерал-лейтенанту Н.А. Бутурлину (кстати, участнику Русско-турец­кой войны и знакомому А.С. Пушкина), пришлось графине Эссен-Стенбок-Фермор продавать и ещё одно имение — в соседнем Дмитровском уезде (село Турищево и деревня Юрово со 114 крепостными душами мужского пола и 487 десятинами земли), оцененное в 20 тысяч рублей.
Оба имения были проданы 7 мая 1857 года, после чего Александра Петровна Эссен-Стенбок-Фермор не только перестала быть орловской помещицей, но и лишилась родовой земли, в которой были похоронены её мать и отец.
К сожалению, от могил известных исторических личностей XIX века в селе Глыбочки к настоящему времени не осталось даже следа — только память.


27.12.2011 13:09

Похожие новости

Техника без молодёжи Валерий Бородянец придумал комнату «Чудеса таинственной физики», чтобы искать и выращивать будущих Кулибиных Три года назад во Дворце пионеров и школьников имени Ю.А. Гагарина появилась комната занимательной науки. А организатор всех волшебных чудес — инженер-механик точного приборостроения, лётчик-планерист, мастер спорта СССР по планеризму Валерий Бородянец, который многие годы руководил во дворце различными техническими кружками.  
Человек из ЛЭПии Выбрав дело по душе, он посвятил ему всю жизнь Он мечтал стать энергетиком. И стал почётным работником топливно-энергетического комплекса, почётным энергетиком, заслуженным работником Единой энергосистемы России, ветераном энергетики.  
Роль второго плана Галины Седышевой Достижения цитолога-генетика Седышевой и еЁ коллег ознаменовали новую эру в мировой селекции Есть еще категория людей, для которых в работе не деньги главное, и даже не почести, а моральное удовлетворение. Когда шаг за шагом приближаешься к намеченной цели, вкладывая знания и душу, видишь результат своего труда — это и есть для них высшая награда. Доктор сельскохозяйственных наук Всероссийского НИИ селекции плодовых культур Галина Седышева относится к этой редкой ныне категории людей.  
Забытый подвиг Как полуэскадрон штаб-ротмистра Цурикова воевал с 50-тысячной турецкой армией В конце апреля 1877 года (только-только началась Русско-турецкая война) к карачевскому помещику Андрею Цурикову, постоянно проживавшему в своём имении Девять Дубов (ныне — село в Хотынецком районе) приехал в отпуск сын Николай, служивший сапёрным офицером: «Отец, благословите, невесту себе я нашёл, добрая, красивая и из хорошей семьи.». Вместо ответа жениху Андрей Афанасьевич отправил телеграмму на имя главнокомандующего русской армией, Великого Князя Николая Николаевича, прося его, как милости, ввиду того, что три его сына-офицера уже выступают на театр военных действий с Турцией, перевести и четвёртого в ряды действующей армии. И вместо венца младший из четырёх братьев поехал за Дунай. Вот так глава рода Цуриковых, бывший поручик Лубенского гусарского полка, понимал патриотизм в действии, и этому пониманию следовали все его сыновья-офицеры.  
Лучезарная ***Свети{*** Если вы знаете, что кто-то столь же упорно, как Светлана Евсикова, борется за жизнь — пусть они встретятся… В шестнадцать Светлана Евсикова потеряла мать, в семнадцать — отца, а в восемнадцать сама стала жертвой преследующего семью рока. Но не только судьбой ей начертано такое испытание.