ИСТОРИЯ


Красный боярышник

Живой кустарник, посаженный на могиле жены, оказался памятником надёжнее мраморного надгробия Каждый раз, бывая осенью в селе Вязовом (Покровский район) и неторопливо проходя по его окраине, недалеко от вязовского кладбища, удивлялся я зарослям боярышника, полыхавшим алыми ягодами у самой дороги. Дело в том, что кустарник этот сравнительно редок для наших краёв, а уж в таком количестве — тем более.



Красный боярышник В конце сентября этого года, приехав в Вязовое специально за ягодами боярышника (очень полезны они при разных заболеваниях), разговорился я с местным старожилом, чей дом находится как раз напротив этих живописных и ярких колючек. Назову его Григорий Ильич.

«Знаете, а ведь все эти боярышниковые заросли — дело рук одного человека. Не было раньше у нас в Вязовом таких ягод. Сто лет тому назад он их посадил, а теперь вот кусты разрослись» — так начал Григорий Ильич свою не совсем обычную историю.

Любовь кавалериста

Всё, что поведал мне рассказчик, он, по его словам, узнал от бабушки Прасковьи Ивановны. Итак, в пяти верстах от Вязового, в деревне Зиновьевой, жили в конце XIX века барин с барыней, фамилию которых за давностью лет Прасковья Ивановна запамятовала, но утверждала, что начинается она на букву Ч: то ли Черниковы, то ли Черемисины, то ли Черкасовы (все эти фамилии распространены в наших местах и по сей день). В Вязовом барин с барыней появлялись изредка, по большим праздникам посещая местную Спасскую церковь.

Про зиновьевского помещика вязовским мужикам и бабам рассказал его кучер, привозивший Чер…ых в Вязовое. Его неграмотное, но красочное повествование поразило деревенских до глубины души.
Когда Чер...у было лет 25, служил он в кавалерийском полку, квартировавшей где-то в Малороссии. Красивый, статный, грамотный, умевший вести светскую беседу, пользовался барин у тамошних прелестниц большой популярностью. Но однажды угораздило его встретиться на окраине села с барышней, которую он ещё не знал. Красавица писаная, скромница, она в этот момент боярышник собирала (как потом оказалось, батюшка её очень любил вино из этих ягод).
Любовь была мгновенной, страстной и взаимной. Через две недели молодые уже жить не могли друг без друга, и зашла речь о свадьбе. Но родители и жениха, и невесты были категорически против брака дворянина и дочки попа.
И тогда Чер… оставил военную службу и тайком увёз жену в своё имение, где обвенчались они сразу же и зажили душа в душу. Когда родился у молодых уже третий ребёнок, родители простили их.

Потом началась война с турками. Ушёл барин волонтёром воевать, через год вернулся весь израненный. Врачи сказали, что не жилец он на белом свете. Но барыня какими-то травами и ежедневным уходом спасла приговорённого мужа. Поправился он. И к жене своей ещё крепче привязался, никогда не покидал её надолго.
И так получилось, что умерла она раньше его. Вот с тех пор вязовские жители стали видеть барина гораздо чаще, потому что могилу жены на местном кладбище он посещал почти каждую неделю.
Но как-то отсутствовал помещик больше месяца, а когда приехал, привёз большой мраморный памятник, на котором выбито было имя покойной супруги. Установил барин этот памятник, могилу жены благоустроил, а по углам ограды посадил какие-то необычные для здешних мест кусты.
А на следующий год помещик скончался. Похоронили его, как он завещал, рядом с женой. Дети их к этому времени стали взрослыми и, похоронив отца, разъехались по своим домам. Зиновьевское родительское имение они продали.

Склеп, памятник, память

Прошло много времени с тех пор. Уже и забывать про Чер…ых в Вязовом стали. Церковь Спасскую в начале 30-х годов XX века сначала закрыли, а потом всё имущество её растащили. Дошла очередь и до надгробных плит со старого кладбища. Здешний председатель колхоза приказал их на фундамент для строящегося коровника использовать. А некоторые из местных жителей, воспользовавшись моментом, надгробные памятники для своих нужд приспособили.
Скоро от Спасской церкви и кладбища вокруг неё остались только руины, заросшие колючим боярышником. Здесь частенько играли в войну местные ребятишки. Был среди них и тогдашний ученик Гриша, мой собеседник.
Во время одной из баталий кто-то из вояк-пацанов внезапно провалился в яму. Испугался вначале, заорал: «Ребята, помогите!». Мальчишки на помощь прибежали, вытащили товарища. Подзуживая друг друга, рискнули забраться внутрь и обследовали подземное помещение. Это был склеп, посреди которого стояли два гроба. Крышку одного ребята сумели сдвинуть, и маленький Гриша навсегда запомнил небольшой стеклянный флакон со стеклянной же пробкой в нём. Один из старших ребят эту пробку вынул, и всё подземелье заполнил аромат, которого никто из пацанов никогда не обонял: это были французские духи, стоявшие в изголовье погребённой в склепе женщины.
Вот тогда-то от бабушки услышал впервые Григорий историю жизни и удивительной любви барина и барыни. Бабушка её потом не раз, уже с новыми подробностями, повторяла.

Склеп же на следующий день по приказанию председателя колхоза бульдозером был засыпан землёй так, чтобы никто не смог добраться до обнаруженного подземелья: боялся глава хозяйства несчастного случая и гибели детей. А уже через год всё пространство на месте происшествия поросло травой забвения. Ничего не осталось на поверхности, что напоминало бы о тех стародавних событиях.

«И это всё?» — с сожалением спросил я у Григория Ильича. «Ну да, почти, — загадочно улыбаясь, сказал он, — пойдёмте со мной, покажу кое-что».
Мы подошли к его дому, и хозяин обратил моё внимание на фундамент, одна из сторон которого, обращённая к дороге, представляла собой цельный блок длиной около двух метров.
Когда я к нему пригляделся, то ахнул: это была надгробная мраморная плита. Григорий Ильич дал согласие, чтобы я немного откопал её от земли, очистил от грязи (лопату и воду он тут же принёс). И через пятнадцать минут работы мы уже вместе с ним смогли прочитать два коротких текста.
Верхний из них гласил: «Жена ротмистра Зинаида Ивановна Черкасова. Скончалась 7 мая 1895 года. В замужестве была 33 года».

Второй был вырезан на мраморе:
В заботах обо всех истратила ты жизнь и силы,
Была ты другом, доброю и верною женой.
Вырыл рядом я с тобой могилу,
И вместе будем мы в земле сырой,
Прося у Господа грехам прощенья,
До дня всех мёртвых воскрешенья.

Григорий Ильич объяснил мне, что дом этот купил он двадцать лет назад. Плиту надгробную, вмонтированную в фундамент, обнаружил не сразу. И теперь каждый год по весне думает, как бы вытащить её и заменить кирпичной кладкой. Однако сделать это не так просто: старое здание может развалиться. А потому попытка извлечь памятник ротмистрше Черкасовой на свет Божий откладывается до придумывания подходящего способа, гарантирующего сохранность дома.
Но, надеюсь, это всё-таки произойдёт, и памятник большой любви займёт своё законное место у боярышниковых зарослей.


11.01.2012 08:39

Похожие новости

11.01.2012 07:46
В Малоархангельском районе живёт человек, который ушёл от мирской суеты... Его жилище обнаружил инспектор по охране леса, когда делал плановый обход вверенной ему территории. В лесу на пригорке среди берёз, дубов и сосен он заметил какую-то деревянную постройку и землянку, тогда и познакомился с отшельником из Малоархангельского района.  
Утраченная родина Почему Санкт-Петербургского генерал-губернатора на Орловщине похоронили Могилу Петра Эссена в Шаблыкинском районе уже не отыскать...  
Техника без молодёжи Валерий Бородянец придумал комнату «Чудеса таинственной физики», чтобы искать и выращивать будущих Кулибиных Три года назад во Дворце пионеров и школьников имени Ю.А. Гагарина появилась комната занимательной науки. А организатор всех волшебных чудес — инженер-механик точного приборостроения, лётчик-планерист, мастер спорта СССР по планеризму Валерий Бородянец, который многие годы руководил во дворце различными техническими кружками.  
Человек из ЛЭПии Выбрав дело по душе, он посвятил ему всю жизнь Он мечтал стать энергетиком. И стал почётным работником топливно-энергетического комплекса, почётным энергетиком, заслуженным работником Единой энергосистемы России, ветераном энергетики.  
Роль второго плана Галины Седышевой Достижения цитолога-генетика Седышевой и еЁ коллег ознаменовали новую эру в мировой селекции Есть еще категория людей, для которых в работе не деньги главное, и даже не почести, а моральное удовлетворение. Когда шаг за шагом приближаешься к намеченной цели, вкладывая знания и душу, видишь результат своего труда — это и есть для них высшая награда. Доктор сельскохозяйственных наук Всероссийского НИИ селекции плодовых культур Галина Седышева относится к этой редкой ныне категории людей.